Неочевидно
Как живется работающей маме
11 октября 2018 1 353 просмотра
Неочевидно
Как живется работающей маме
11 октября 2018 1 353 просмотра

Лиана Хазиахметова
Лиана Хазиахметова

11 октября объявлен Международным днем девочек. Это повод поговорить о том, как непросто быть одновременно успешной женщиной в бизнесе и внимательной мамой дома. Один из ярких примеров женщины-лидера — экс-глава модного дома Chanel Морин Шике. В своей книге «Без ярлыков» она рассказывает, как после рождения второй дочери, они с мужем Антуаном поменялись ролями.

***
…Я испытывала огромное облегчение и вместе с тем с сожалением думала, что позволила работе занять главное место в своей жизни. Могла ли я работать меньше, возвращаться домой раньше, больше заботиться о своем здоровье и не так усиленно — о бизнесе? Смогла бы Old Navy вырасти так же быстро и достичь такого же успеха, если бы я отдавала работе не так много сил? До сих пор не могу думать об этом без угрызений совести.


Без ярлыков

И я решила немного снизить темп. По крайней мере, попыталась. Взяла дополнительные две недели декретного отпуска в придачу к официальным шести, которые оплачивала компания. Я не рвалась обратно в офис и иногда устраивала собрания мерчандайзеров на заднем крыльце своего дома, чтобы проводить больше времени с ребенком. Я пыталась организовать путешествия так, чтобы по выходным вся семья могла быть в сборе. Без долгих обсуждений Антуан теперь взял на себя все домашние дела, а также бо’ льшую часть забот по воспитанию. Но со временем даже эта модель перестала нас устраивать. Чем больше у меня находилось рабочих обязанностей, тем острее была необходимость постоянно держать связь с командой и присутствовать в офисе для решения текущих вопросов. В то же время консалтинговая деятельность Антуана не приносила тех денег, на которые он рассчитывал.

Беспокоил не только финансовый вопрос, но и то, каким образом скажется на наших отношениях с детьми постоянное присутствие няни, поэтому мы приняли решение полностью изменить форму семейного существования. Антуан оставил работу, чтобы заботиться о детях и работать из дома. Как ни странно, для этого не понадобились серьезные разговоры или переломные события — это был вполне прагматичный выбор и результат естественной эволюции наших ролей. С учетом расходов, которых требовал консалтинговый бизнес Антуана, и необходимости платить за услуги няни оказалось выгоднее, чтобы он трудился на дому. Он заинтересовался фондовым рынком, онлайн-инвестициями и решил посвятить свое время управлению нашими финансами: эту работу он мог совмещать с расписанием детских занятий.

Антуан оставил работу, чтобы заботиться о детях и работать из дома.
Папа тоже может заботиться о детях 24 часа в сутки. Источник

Этот выбор, сегодня достаточно распространенный, в середине 1990-х годов еще казался экзотикой, и у нас почти не было примеров для подражания, за исключением нескольких коллег из The Gap. «Мистер мама» по-прежнему оставался мишенью для насмешек, а на женщин, ориентированных на карьеру и занимавших руководящие посты, смотрели довольно косо. Неудивительно, что оказалось проще избавиться от ярлыка и организовать семейную жизнь так, как было удобно нам, чем реагировать на давление извне и пытаться соответствовать предъявляемым ожиданиям. Местные «домашние» мамы меня избегали: я слишком редко появлялась на родительских собраниях и на воскресных занятиях по детской гимнастике.

Антуан стоически терпел шпильки родных и друзей, которые делали вид, что принимают нашу нетрадиционную модель, но в глубине души по-прежнему считали, что место женщины дома, а мужчины — в офисе. Мы не обращали на это внимания; отказались от традиционных ярлыков и вполне устраивали друг друга как супруги и родители. Это было полностью осознанное решение, отвечавшее чувствам каждого из нас.

Но даже так мои приоритеты нередко конфликтовали. Я боялась, что воскресным вечером понадобится сорваться в командировку, и переживала, что мое отсутствие негативно скажется на жизни драгоценных девочек. Однажды, когда я была за границей, Антуану пришлось везти Мими в больницу: у нее была инфекция мочевыводящих путей. Я проклинала себя за то, что меня не было рядом, и за то, что не заметила тревожных признаков раньше. Кроме того, я пропускала немало важных повседневных событий: забавные новые слова, которые придумывали девочки; первый раз, когда они начали плавать без надувных нарукавников; выпускной в детском саду, праздники. Я не участвовала в стольких мелких событиях, которые раскрашивали их повседневную жизнь. Мне хотелось иметь больше времени, чтобы читать им перед сном сказки и поправлять по ночам одеяло, возить по утрам в школу и забирать после обеда. Я жалею, что не держала их за руку в кабинете стоматолога и не причесывала для школьных фотографий. Но, хотя было действительно непросто и я чувствовала себя очень виноватой, я никогда не позволяла себе утонуть в этих чувствах: я доверяла Антуану и его любящей заботе. Я знала, что, придя домой, смогу обнять своих девочек и безраздельно подарить им внимание. И поэтому, по большому счету, мы были счастливы. Антуану нравилось играть роль мамы и папы, я преуспевала на работе, дети тоже казались довольными.

Я проклинала себя за то, что меня не было рядом, и за то, что не заметила тревожных признаков раньше
Источник

Как и многие ответственные мамы, Антуан водил девочек на массу занятий, от плавания до верховой езды, от тхэквондо до балета. Он ходил на репетиции и дневные концерты, в бассейн по выходным и на дружеские встречи после школы и нередко успевал подружиться с другими родителями, сидевшими в зрительном зале и на трибунах. Утром упаковывал ланч, днем отправлялся по магазинам за продуктами, вечером купал дочерей. А «все оставшееся» время между этими делами узнавал, как рефинансировать наш дом и куда инвестировать сбережения. Его трудолюбие и способность к логистике делали мою жизнь после работы намного легче — в некотором смысле. Когда мне удавалось вернуться домой не слишком поздно, часто совсем без сил, дети уже были вымыты, обычно накормлены (Антуан в конце концов научился класть кусок лосося в духовку или спагетти в кастрюлю) и готовы обниматься. Даже во время каникул муж каждый день организовывал развлечения и мероприятия, чтобы я могла отдохнуть и наслаждалась общением, когда детей не нужно было ничем занимать. Когда девочки стали старше, роли изменились. Антуан по-прежнему брал на себя основную часть повседневной логистики, а я уделяла все больше внимания образованию и социальной жизни дочерей. По возможности помогала им в учебе, мирила после ссор с друзьями, водила в кино и менялась с ними любимыми книгами. Таким образом, роль, которую я играла с ними, не очень отличалась от той, которую играла мама для меня и сестер. Полин и Мими самым естественным образом воспринимали наше разделение обязанностей: папа’ заботился о том, чтобы они могли заниматься всеми делами, которые придутся им по вкусу, и доставлял туда, куда они должны были попасть, а мама’ давала советы и сочувственно выслушивала рассказы об испытаниях и невзгодах, выпадающих на долю девочек подросткового возраста.

Кто-то может сказать, что у меня было все лучшее из обоих миров: яркая карьера и стабильная, счастливая семейная жизнь. И за это я искренне и глубоко признательна судьбе. Но она не была ни совершенной, ни сбалансированной — по крайней мере в том смысле, который подразумевают такие понятия, как «баланс работы и жизни». Нам с Антуаном приходилось искать компромиссы и приносить жертвы и как мужу с женой, и как родителям; мы получали одно, но отказывались от другого, пытаясь найти для себя роли, которые принесли бы оптимальные результаты в этом несовершенном мире. Всегда ли наши ожидания по отношению к себе и друг к другу были реалистичными? Всегда ли оправдывались? Конечно, нет, особенно когда мы старались соответствовать стандартам и ярлыкам, устанавливаемым другими. И даже когда мы соглашались играть по общим правилам, благие намерения не всегда приносили немедленный и очевидный результат.

По материалам книги «Без ярлыков»
Обложка поста: pixabay.com

Рубрика
Неочевидно

Похожие статьи